Дудин В.А. Изъятие веры. Гонения на церковь 20-х-30-х гг. в Солигаличском уезде.

гонения на Церковь

Дудин В.А. ИЗЪЯТИЕ ВЕРЫ. Гонения на церковь 20-х-30-х гг. в Солигаличском уезде. Дополнение: Выписки из летописи церкви Рождества Христова (19 век).

Эта статья – о горькой участи Православной церкви, о начале послереволюционных гонений в Солигаличском уезде, тотальном изъятии церковных ценностей и планомерном закрытии храмов. В конце статьи добавление, вставка о всплеске интереса и начале школьного краеведческого движения 20х-30х гг. в уезде. Страна будто объята желанием сотворить себе новую историю. И в последней части — интересные сведения из летописи одной из сельских церквей о природных явлениях и урожаях в уезде последней четверти 19 в. Катаклизмы, подстать «казням египетским» не обходили страну и в то время…

новые храмы

Гонения на церковь 20-х-30-х гг. в Солигаличском уезде.

Одним из важнейших центров традиционной народной культуры русского крестьянства и духовного удовлетворения жителей являлся приходской храм. Он сосредоточивал в себе целый ряд жизненно важных функций: здесь крестили детей, венчали молодоженов, отпевали усопших, собирались для совершения богослужений. Непосредственно связанной с приходским храмом была и общественная жизнь волости: здесь зачитывались царские указы и распоряжения местных властей, возле церкви проводились волостные сходы. Через храм крестьянин соприкасался с различными областями культуры и искусства: иконописью, декоративно–прикладным искусством, литературой, церковным пением.

Все сельские храмы строились на деньги общины, а, следовательно, их внутреннее убранство должно было удовлетворять те или иные требования общинников.

В 1623 году две деревянные приходские церкви Совьюжской волости Рождества Христова и во имя святителя Николая Чудотворца располагали небольшими книжными собраниями, состоящими из шести рукописных богослужебных книг и одной печатной книги. Рукописные книги в абсолютном большинстве церковных библиотек преобладали над печатными.

Абсолютное большинство книг во всех церковных библиотеках составляла богослужебная литература. Это вполне закономерно для крестьянской среды: в представлениях общины первейшей задачей при формировании приходской библиотеки было обеспечение богослужебной деятельности храма. Это в основном: «…Евангелие напрестольное, апостол, псалтырь, часовник, минея общая, два охтия на восьм гласов полууставе, служебник, все писменые». Скромная на первый взгляд библиотека была вполне достаточной для полноценного обеспечения литургической деятельности в храме.

В 1623 и 1678 годах церквям Совьюжской (Великовской – В.Д.) волости принадлежали земельные угодья «2 чети пашни паханной церковной и сена по речке по Водапоице 5 копен».

В 1804 году в селе Великове, уже на правом берегу Водопойницы, была возведена новая двухэтажная каменная Совдюжская Христорождественская приходская церковь, ее приход находился в 3-м Благочинном округе (часть епархии, объединяющая группу территориально близких приходов – В.Д.). Вологодской епархии и объединял в 1897 году 2456 жителя.

Великовская волость, находившаяся с 1904 года в составе Солигаличского уезда, только в 1916 году в церковном отношении была выведена из подчинения Вологодской епархии и подчинена Костромской епархии. В приходе церкви Рождества Христова, объединяющих 13 деревень, значилось 2638 прихожан.

В праздничные и воскресные дни с церковной колокольни торжественно и величаво по округе разливался перезвон колоколов. Ручейками из всех деревень в церковный приход сходились верующие миряне. Объектом всеобщих смотрин был конный венчальный поезд, разукрашенный лентами. В переполненном людьми церковном помещении происходило коронование молодожёнов.

С 1918 года начинается массовое закрытие монастырей и церквей, изымаются здания и церковная утварь под видом оказания помощи голодающим.

Все изъятое имущество пересылалось в уездные или губернские финотделы для направления их в Гохран. Никакой реализации ценностей на местах производить не допускалось.

До 1920 года настоятелем Христорождественской церкви был Николай Пихин. В начале ноября 1918 года в Великовской волости вспыхнуло восстание. Поводом послужил декрет Совета Народных Комиссаров (СНК) о мобилизации в армию и отделении церкви от государства. По секретному списку, составленному заранее, на Совеге карательным отрядом были арестованы 23 человека, среди них священник церкви Николай Пихин, дьякон Евлогий Голубев и псаломщик Николай Шестаков. Восстание в трёхдневный срок было подавлено, а заложники были предупреждены, что в случае вторичного контрреволюционного выступления они будут расстреляны.

В конце апреля 1922 года уполномоченным от губернии по проведению кампании по изъятию церковных ценностей в Буйском, Галичском, Солигаличском и Чухломском уездах Н.К. Полунин докладывал в губисполком: «В период кампании в уездах местами не было никаких осложнений, местами были и выливались в своеобразные формы, вплоть до побоев членов комиссии. Такой случай имел место в Солигаличском уезде, поэтому на основании данных директив Губкомам, Губисполкома, Губотделам ГПУ туда и, прежде всего я и должен был приехать и оттуда начать свою работу».

В Солигаличском уезде изъятие церковных ценностей началось 15 марта 1922 года, и 19 июля 1922 года было уже закончено. Общее поступление серебра, с 8 церквей города и 42 церквей уезда составляло 49 пудов, или около 800 килограммов. Кроме того, было изъято золотых изделий весом пять золотников, 13 бриллиантовых и одно из жемчуга украшений. Солигаличский уездный исполнительный комитет 19 июля 1922 года в губисполком направил телеграмму, в которой, в частности, сообщал: «Работа по изъятию церковных ценностей завершена. Кроме того, губисполком считает необходимым пояснить, что Приютская церковь Верховского детского дома упразднена, и все церковные ценности в ней изъяты. В церквях Зашугомской волости в сёлах Якшино, Троице – Зашугомье и Сретенье ценных предметов не оставлено, за исключением одного креста в Сретенской церкви». (ГАКО Ф. Р-6, оп. 1, д. 1238, л. 43.).

Для ускорения работы в Солигаличском уезде были организованы 4 подкомиссии, из которых одна работала в городе и три в волостях. В самом начале работы практически все подкомиссии столкнулась с сопротивлением настроенных против проводимой кампании граждан, и особенно, в сёлах Николо-Березовец, Торманово, Корцово. Местное духовенство отказывались открывать церкви и выдавать ценности. Колокольным звоном было оповещено население окрестных деревень, которые оказали сопротивление членам комиссий и не дали им возможности произвести изъятие. Комиссии на первых порах не смогли изъять ни одного фунта церковных ценностей.

Президиум Солигаличского уездного исполнительного комитета 28 марта 1922 года во избежание срыва проведения кампании по изъятию церковных ценностей издает обязательное постановление №4 по принятию мер к лицам, не подчиняющимся распоряжению властей. В частности, проведение в жизнь данного постановления поручалось милиции. Милиция обязана была «немедленно арестовывать и передавать суду Ревтрибунала всех лиц, ведущих агитацию за срыв проведения в жизнь декрета ВЦИК, где бы и в каком виде эта агитация не проводилась, также всех лиц, стремящихся оказать хотя бы малейшее сопротивление или помеху подкомиссиям, проводящим изъятие церковных ценностей». Кроме того, «немедленно арестовывать в административном порядке на срок до двух недель или привлекать к принудительным работам на срок до 1 месяца всех лиц, отказавшихся по требованию подкомиссии покинуть церковные помещения или толпящихся около таковых». (ГАКО Ф. Р-6, оп. 1, д. 1228, л. 178.).

Чтобы полностью сломить сопротивление верующих и подавить их волю, 7 августа 1922 года в городе Солигаличе выездной сессией Костромского Ревтрибунала был проведён суд над священником Николо-Березовецкой волости Соколовым и 9 членами религиозной общины села Никола-Березовец. Обвинялись они в том, что оказали сопротивление властям и не подчинились им в выдаче церковных ценностей. Однако, при рассмотрении дела, суд все же учёл те обстоятельства, что священник Соколов попросил собравшихся возмущенных прихожан «не обострять обстановку и не применять насилия над членами уездной подкомиссии». После разбирательств в ходе судебного процесса суд приговорил священника Соколова к одному году принудительных работ с лишением свободы и заключением под стражу. Один из подсудимых был оправдан и оштрафован на сумму 1800 рублей, остальные приговорены на сроки от двух до трех лет. (В 1922 году 1 фунт масла сливочного стоил 220 рублей, телятины – 65 рублей, корова дойная – 20000 рублей, сажень березовых дров – 1800 рублей, воз дров от 300 до 750 рублей – В.Д.).

Церковь Рождества Христова в селе Великове не осталась в стороне и также пострадала от разрушительной и масштабной деятельности по изъятию церковных ценностей. Здесь были изъяты все необходимые для службы культовые принадлежности из серебра с общим весом в 23 фунта 99 золотников, или почти 10 килограммов. При этом был изъят и напрестольный церковный крест весом в 43 золотника. (ГАКО Ф. Р-6, оп. 1, д. 1238, л.л. 44, 61.). Однако ещё около 8 лет церковь оставалась действующей.

В 1929-1930 годах наблюдается активная деятельность властей по преследованию священнослужителей и закрытию церквей.

Согласно постановлению ВЦИК и СНК РСФСР от 08.04.1929 года «О религиозных объединениях», каждая религиозная община, обязана была заключить договор с райисполкомом на право пользования молитвенным зданием. В соответствии с договором необходимо было предоставлять в РИК в установленные сроки ежегодную отчётность о приходно-расходных средствах, поступающих в общину, об изменении членов общины и списков всего состава религиозного объединения, а также протоколы собраний и совещаний. Кроме того, община должна была регулярно производить ремонт храма за счёт своих средств.

Не выполнение условий договора той или иной религиозной общиной формально служило для властей поводом по его расторжению, а затем и закрытию самой церкви. По сути, многие церкви Солигаличского района были закрыты по причине не выполнения договорных условий в части ремонта «молитвенного помещения». В то же время выполнить условия договора не представлялось возможным, так как новая власть не была заинтересована в оказании помощи церкви.

Вся религиозная деятельность контролировалась райисполкомом, который выдавал общине разрешение на сбор общего собрания, проведение обрядов, религиозной службы, молебен в праздники, крестного хода, на хождение служителей культа по домам верующих и другие мероприятия. При проведении крестного хода община обязана была в заявлении указывать количество присутствующих, ответственное лицо за проведение данного мероприятия, а также, представлять справку из сельсовета, об отсутствии эпидемиологических заболеваний в радиусе десяти километров от храма.

На 1 сентября 1929 года в Солигаличском районе насчитывалось 28 религиозных общин, состоявших при храмах района. В приходском совете Великовской религиозной общины при Христорождественской церкви числились 6 человек, все крестьяне:

— Дудин Никтопольеон Евгеньевич (Великово);
— Дудин Иван Степанович (Великово);
— Серогодский Виссарион Александрович (Васильево);
— Морозов Григорий Александрович (Большое Токарёво);
— Серогодский Александр Иванович (Германов Починок);
— Дудин Алесандр Онисифорович (Харитонов Починок). (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 5, л. 18.)

По состоянию на 1 апреля 1930 года в Солигаличском районе были закрыты первые восемь церквей, из них четыре в Солигаличе, одна в Ратьковском монастыре и три в сёлах района: Одноушеве, Воче и Великове — Христорождественская. Поводом для закрытия церкви на Совеге послужило ходатайство колхоза «Совега» и 210 прихожан. При Христорождественской церкви с. Великова числились шесть колоколов с общим весом 1836 килограммов. Все они были сняты с колокольни и переданы сельсоветом на переплавку в Рудметалторг. (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 5, л. 96.). В это же время по ходатайству Союза безбожников был закрыт и собор Рождества Богородицы в г. Солигаличе. (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 5, л. 65.).

В мае 1930 года в Солигаличский районный административный отдел поступило заявление от 326 жителей Васильевского сельсовета. В заявлении было сказано, что «церковь в с. Великове закрыта не законно и поэтому ходатайствуем о возврате её в распоряжение православной общины». Одновременно, жители просили разрешить избрать церковный совет в количестве 20 человек. Далее они категорически заявляли: «ходатайствуем приостановить разрушение, как наружного вида, так и внутреннего нашей православной церкви, которое считаем не допустимым и не законным, посему требуем от властей срочных мер для воздействия на сельсовет». (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 5, л. 124.). Письма с просьбой об открытии вновь Христорождественской церкви практически поступали в административный отдел со всех деревень Совеги. Но жители Васильевского сельсовета так и не получили такого разрешения. И были ли те 210 жителей Совеги, которые, как следует из постановления райисполкома, отказались от церкви, так и осталось не известным.

Более того, 12 августа 1930 года в распоряжении Солигаличского районного административного отдела, в адрес председателя Васильевского сельсовета, было указано: «…административный отдел просит не чинить препятствий к занятию молитвенного здания бывшей Великовской религиозной общины под хлебозерно, заготавливаемого Солигаличским районным потребительским обществом». (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 5, л. 240.).

В течение с 1918 года по 10 марта 1931 года в Солигаличском районе были закрыты 16 молитвенных зданий и помещений. (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 5, л. 356.).

В октябре 1932 года в комиссию по вопросам культов при Солигаличском райисполкоме поступило заявление от Общества верующих граждан г. Солигалича. В частности в заявлении говорилось:

«…Узнав о закрытии в нашем городе последних храмов: Макарьевского и Николаевского, мы глубоко возмущены допускаемыми около церкви подобного рода операциям, имеющими повод к закрытию храмов. Но среди граждан г. Солигалича есть люди далеко отстоящие и даже вовсе не причастные к какому-либо вредительству, но имеющие известного рода потребность в доме для общей молитвы, а посему оставшись без храма вовсе, просим пойти нам на некоторую уступку и предоставить в наше пользование хотя бы один из закрытых храмов в городе, где бы мы могли свободно отправлять свои религиозные обряды». (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 54, л. 45.).

Непомерные сельскохозяйственные налоги, установленные новой властью в отношении священнослужителей, тяжелым бременем ложились на их семьи. Необходимо было государству сдать определенное количество молока, яиц, шерсти, мяса и др. Иногда доходило до абсурда, налог устанавливался, а платить было не с чего. Так, в мае 1933 года в райисполкоме было рассмотрено заявление священника Николаевского храма села Верховье Александра Ивановича (Иоанновича) Касторского, в котором он просил освободить его от обязательств по сдаче молока в объеме 721 литра. При рассмотрении заявления выяснилось, что А.Н. Касторский уже в течение двух лет не имеет коровы, а налог взимается. Поэтому, учитывая все обстоятельства, все же задание по сдаче молока с А.И. Касторского было снято. (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 63, л. 30.).

В советское время Христорождественскую церковь в Великове использовали под зернохранилище, позже под клуб, кузницу, а ещё позже под силосную башню. Из кирпича разобранных колокольни и ограды сделали фундаменты двух школ. Согласно протоколу заседания президиума Солигаличского райисполкома Ярославской области от 27.02.1937 года № 8 председателю Васильевского сельсовета М.С. Смирнову было предложено: «…в связи с отсутствием кирпича забронировать для строительства Васильевской школы кирпич разобранной колокольни закрытой Христорождественской церкви в с. Великове». Ответственным за проведение данного мероприятия был назначен директор школы Н.Н. Крылов. (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 31, л. 46.).

В 1938 году «для приспособления здания церкви под сельский клуб» Солигаличским райфинотделом было выделено Васильевскому сельсовету сумма в размере 10000 рублей. (ГАКО Ф. Р-559, оп. 4, д. 124. л. 252 об.).

Полностью церковь на Совеге разобрали в 70-е годы прошлого века. Кладбище возле прихода было «закрыто» ещё в военные годы.

Сейчас на этом священном месте поставлен деревянный крест, и кто знает, пройдёт время и возможно вновь возродится утраченная обитель.

В начале 20 века на Совеге имелись четыре часовни 18 – 19 веков: в Великове (утрачена в 1968 году), Германове Починке (Параскевы Пятницы, утрачена в 1967 году), Большое Токарёво (перевезена в Кострому в музей деревянного зодчества) и Малое Токарево (утрачена).

Часовня в деревне Большое Токарёво представляла собой небольшой восьмигранный сруб, сужающийся кверху и окружённый галереей – «гульбищем». Основанием галереи и пола часовни служили консоли, идущие от центра по направлению к внешним сторонам восьмерика. Над тесовой кровлей постройки возвышался небольшой шатёр с луковичной главкой. Просторное, почти круглое помещение часовни освещалось четырьмя косящатыми окнами. Часовня стояла посреди деревни Большое Токарёво.

В книге Алексея Вячеславовича Дудина «И отшумел мой листопад» есть стихотворение «Стояла церковь», в котором он выразил свое доброе отношение к красоте Христорождественской церкви. Приводим отрывки из стихотворения.

Стояла церковь

В конце Великова — деревни,
Стояла церковь на горе,
Её высокое творенье,
Красой запало в сердце мне.

Она была везде заметна,
И много, много, много лет,
Была сигналом в лихолетье,
Набатом горестей и бед.

И позывным особым звоном,
Народ к молению звала,
Была владыкой для народа,
Её духовная среда.

Народ наш жил трудом и миром,
Другого мира он не знал,
Не знал волшебных тайн эфира,
Законы церкви соблюдал.
. . .
Мне жаль, что церкви той не стало,
Гордыни Совеги тех дней…
Хотя бы памятником стала,
Или бы стала — как музей.

Организация краеведческого движения в Солигаличском уезде в 20-ее годы.

После революции многие сельсоветы Солигаличского уезда захватила волна краеведческого движения. Большую помощь в деле изучения отдельных сторон жизни волости оказывали школьники. Краеведческое движение находилось под непосредственным руководством Совета Солигаличского отделения Костромского научного общества. Если в 1923 году в Солигаличском уезде насчитывалось 2 краеведческих кружка, в которых занимались 95 детей школьного возраста, то в 1929 году соответственно 20 и 420, из них 15 кружков работали в сельской местности, в которых занимались 207 школьников. В 1930 году краеведческие кружки уже работали в Великовском, Корцовском, Жилинском, Ескинском, Медвежевском, Зашугомском, Высоковском, Солигаличском, Ягодинском сельсоветах и объединяли около трехсот человек.

Великовский кружок краеведов развивал работу по сбору материалов для сельского музея, ими была найдена летопись Христорождественской церкви села Великова. Летопись на протяжении длительного времени велась священником Константином Юшковым.

Выписки из летописи церкви Рождества Христова на Совеге. 

Год 1868. Урожай хлеба по всему приходу был очень хороший, чему много благоприятствовала ранняя и тёплая весна. 20 мая в 6 часов пополудни с севера-запада пролетело на юго-восток такое множество саранчи, что закрывало сияющее в то время солнце, но не оставило по себе никаких губительных последствий ни в приходе ни вблизи.

1869. В июле, августе и сентябре засеянные поля в нашем приходе истреблены червем, даже самый корень травы, появившейся на запашке, не уцелел. Урожай ярового хлеба был очень хороший.

1870. Засеянные озимые поля опустошены червем. Урожай ярового хлеба был хороший.

1871. Поля озимые истреблены червем. Урожай яровых был хороший.

1872. 23 января в 6 часов пополудни при тихой погоде на северной стороне небосклона появилось северное сияние, и видно было до 12 часов ночи. Весна была очень тёплая и ранняя, а лето жаркое и грозное. Продолжительная жара произвела засуху.

1876. В ночь на 7 мая выпало снега на четверть аршина, 8 мая была вьюга. Погода была холодная. Снег лежал на полях и лугах неделю. Вреда растениям от снегу не было.

3 октября в 2 часа за полночь над Совегой разразилась гроза с сильными громовыми ударами и блеском молнии; вреда никакого не принесла.

18 октября выпал снег и больше не таял. Осень была тёплая и сухая. Хлеба и травы были хорошие.

1877. Весна была сухая и тёплая, лето жаркое. Хлеба были хорошие, а травы вовсе не было, особенно на сухих местах. Скот из-за недостатка корма был сбыт по низкой цене, оставлено только для развода и кормили его ржаной соломой. Осень была дождливая и грязная. Снегу не было до 18 декабря.

1878. Весна и лето были дождливые. Осень тёплая, сухая и продолжительная. Скот на пастбище пасли почти до 22 октября. Урожай трав был весьма хороший. Урожай же ржи был очень худой, более половины снимали травы. Многие из крестьян намолачивали ржи пуда по три-четыре. Из 285 домохозяев едва ли десятеро прожили своим хлебом, остальные покупали. Рожь и мука были очень дорогие. Урожай яровых был хороший. Хорошие были и заработки крестьян, и они довольны. Скот весьма был очень дорогой, и в продаже его было мало. Зима началась с 18 декабря. До этого времени на полях и лугах снега не было.

1879. Повальная болезнь на младенцев – коклюш; от коклюша очень много умерло, даже до 10-летнего возраста.

В нашей лесной местности в настоящий год и в прошлые годы два лета сильно истреблял скот – лошадей и коров – дикий зверь; крестьяне много потерпели убытка в хозяйстве, и каждое селение обзавелось сторожами скота.

Весна, хотя была тёплая и началась рано, была затем до 29 мая с холодами, отчего несколько повредило рожь. До 28 июня тёплая и красная погода, с 28 июня по 18 июля – дождливая, с 20 же началась приятная погода по 16 августа. Начало сенокоса было худое. Первая скошенная трава погибла, остальной сенокос улучшился. Хлеб хороший и цена ему средняя – рожь 1 руб.20 коп. за пуд. Осень тёплая и ясная. Снег выпал 22 октября и больше не таял. Зима морозная.

1880. 30 июля в 3 часа пополудни пожар от грозы испепелил дома деревни Великова числом 70 и других построек – 38. Старожилы утверждают, что лет полтораста назад от этой же причины деревня Великово вся сгорела в ильинскую пятницу. Из грозовой тучи раздались три сильных удара, и каждый производил пожар в Великове.

Осень с 14 сентября была ненастная и снежная с ветрами. Хлеб был дорогой. Сена поставлено много. Зима холодная и вьюжная.

1881. Весна была тёплая и приятная. Лето жаркое. Осень сухая. Зима тёплая с глубокими снегами. Травы были плохие. Хлеба мало и очень дорогой. Рожь в приходе продавалась по цене 2 руб. 20 коп. за пуд, а в Солигаличе 2 рубля за пуд. Такой цены на хлеб никогда не было.

1882. Зима была вьюжная. Весна ранняя, тёплая и сухая. Лето и осень тёплые и сухие. По случаю засухи хлеба были хотя хорошие, но редкие. Травы плохие. Червь на озимой пашне траву всю съел и озимь, у кого была посеяна;

озимых ни у кого в приходе не было. Хлеб дорогой: ржаная мука 1 руб. 90 коп. за пуд, овёс – 70 копеек.

1883. Весна и лето были тёплые и сухие, осень тёплая и сырая. Зима тёплая. Хлеба и других плодов, кроме ягод, было много.

1884. На озимом поле, истреблённом червём, урожай яровых пшеницы и ячменя был так обилен, что по рассказам пожилых крестьян, такого не бывало полстолетия.

1885. Хлеба и травы хорошие. Год был благополучным для жителей нашей местности.

1886. С 19-го на 20-е февраля ночью вместе с дождём выпал на снег червь и гусеницы в довольно порядочном количестве. Явление в нашей местности до сего небывалое.

Яровой хлеб и трава по случаю засухи были плохи. Рожь хороша и умолотна. Осень продолжительная и дождливая. Зима тёплая и малоснежная.

1887. Весна была тёплая и ранняя. 16 мая поднялась буря с градом и побила озимь в усадьбе Пуховицине, в деревнях Петряеве и Простотине побила все поля начисто, но корня не повредила, отчего на побитом стебле смог вырасти новый, только маленький тоненький колос. Умолот был порядочный. Буря прошла по всему приходу и положила на всех полях рожь, и последняя цвела, наливалась и зрела лёжа. Всё лето и осень были дожди с ветрами.

23 июля около полудня гроза разразилась над Великовым. Молния ударила в окно одного дома, где была женщина с малолетними внучатами, пролетела в дверь и на пути убила женщину, качавшую ребёнка. Из дверей молния поднялась в крышу и несколько повредила её, но огня не было.

7 августа видимо было полное солнечное затмение. Началось в 6 часов утра и кончилось в 6 ¾ часов. При облачной погоде первоначально не приметно было, но к концу резко потемнело, как бы сумерки в зимний день в ясную погоду. Перемен в погоде и воздухе не было. Простой народ до появления затмения одержим был страхом.

1888. Весна началась с 17 марта. Реки очистились ото льда 25 марта, чего не помнят старожилы. 30 марта был гром и молния. Тепло продолжалось до 3 апреля, потом стало морозить, но без снегу. Апрель, май и июнь были холодны и дождливы, совсем мало было красных дней. Сенокос был порядочный. Урожай хлеба и умолот – плохи. Причина всему – ненастное и холодное лето.

Использованная литература:
1. Государственный архив Костромской области.
2. Материалы к изучению Вершковской волости Солигаличского уезда Костромской губернии. Вып. 1 Солигалич, 1927.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.